Скорее, скорее всё записать, чтобы не расплескать впечатления. Столько вокруг дел, столько разных вещей отвлекает, но по себе знаю, что стоит отложить описание напотом и уже никогда ничего яркого не вспомнишь. Туман постепенно сгущается, и вот уже кажется, что ничего не было, что всё это приснилось однажды ночью. Сегодня ожидается снежная буря. На улице холодно и хмуро. Я забрала из проявки фотографии. Все они получились чудесно, хотя и не отразили в полной мере той красоты и того восторга, которыe сопровождали наc всё наше путешествие. Но первый вывод такой: рентгеновское просвечивание чемоданов не портит плёнку со скоростью 200. Полезно знать. Хорошо ещё, что все остальные, четырёхсотые, были у меня в сумочке и не засветились. Самая лучшая фотография - мои мальчики управляют моторной лодкой. Володя просто доволен, как мальчишка, а Таль смотрит вперёд, ведь он у руля, а снимок делался на ходу: следит, чтобы мы от радости не потеряли гида.

Но это потом, потом, а сейчас утро, вторник. Мы опять встали рано (на сей раз меня разбудили комариные укусы, которые страшно чесались - надо было взять с собой аммиак: он помогает от укусов), погрузились в машину и поехали на юг, на следующие острова. По дороге свернули в Вафельную, которую заприметили ещё вчера, во время вечернего рейда. Заказали вафли с блинами, всего одну порцию, но и здесь не рассчитали: вафля оказалась одна, огромная, сантиметров 25 в диаметре. Блины, а точнее оладьи, тоже не уступали в размере вафлям, ох. С трудом расправившись с завтраком, мы двинулись дальше. Проехали островa Islamorada, Маrathon: пляжи, пристани, гостиницы, частные домики и дли-и-и-нная дорога, уходящая на юг. То тут, то там появлялись коричневые таблички с надписью "Национальный парк", но мы решили к вечеру добраться до Западного Ключа (Ки Вест - Key West), самого южного острова, поэтому не особо отвлекались на парки (в одном мы, всё же, уже побывали). Там, где острова не соприкасаются друг с другом, возведены мостики, мосты, мостищи совершенно различных длин и архитектур.

Самый длинный из тех, что мы проезжали, так и называется "Семимильный мост". Это около 11 километров. Ничего себе, верно? Так что, проехав его, могу смело сказать, что выражение "семимильными шагами" теперь для меня - не пустой звук. Это вам не поле перейти. В одном месте, видимо, в расcчёте на океанские корабли, мост круто вздымается под облака. На подъезде аж дух захватывает, но когда добираешься до гребня, понимаешь, что взлёт отменяется - впереди такая же дорога, как и под тобой, всё нормально. По правую сторону от моста - залив, по левую - океан. Мы едем на юг. Вода залива синяя, вода океана лазурная. Нет, конечно, всё дело в солнце. И там, и там одна и та же вода, переливающаяся, искящаяся, хочется поднять паруса и пуститься по ней к далёким островам, при условии, что океан будет спокоен. Oпять я за своё. Стараюсь не смотреть на океан: я за рулём, а солнечные зайчики так и норовят заглянуть прямо в глаза, под солнцезащитные очки.

На острове Бахья Хонда мы не выдерживаем и съезжаем в очередной "Национальный парк" (Bahia Honda State Park). Как же: его пляжи признаны лучшими пляжами в 1992-м году, о чём скромно сообщает табличка на въезде. Подъезжаем к перепутью: налево пойдёшь - пляж найдёшь, направо пойдёшь... Едем налево. Пляж-то он один, а вот подъездов к нему три или четыре, каждый со своей стоянкой. Только неспокоен синий океан, но купаться можно, было бы чуть-чуть потеплее. Володя решается войти в воду (здесь дно отличное, с нежным белым песочком, который, на самом деле, коралловая крошка), а мне лень идти до раздевалки и обратно. Мы с Талем отправляемся на исследование острова по туристической тропинке, в начале которой запасаемся брошюрой с описанием видов растений, которые нам предстоит увидеть, а вот что до живности - смотри в оба, как повезёт.

Деревья, совсем как в Израиле, на этом участке острова покрыты серо-серебристой пыльцой, наверняка, чтобы не слишком притягивать лучи палящего солнца. Сейчас оно не так припекает, но деревья - не хамелеоны, остались серебристыми. Ступаем осторожно - иди знай какие насекомые и мелкие звери обитают здесь (крупных надеемся услышать раньше, чем они нападут на нас - ха, ха, ха - это я так шучу, но сын осторожничает) Вдруг: "А-ааа!" Оборачиваюсь: что-то страшное зелёное с шипами сидит на носке у сына, он тщетно пытается стряхнуть это нечто, но оно, видимо, здорово присосалось, не слетает. Клещ? Только их так трудно оторвать от работы. Шипы торчат в разные стороны - так просто не скинуть. Наклоняюсь - а это простой репейник. Но впечатлений хватило. "Не ходите, дети, в Африку гулять".

Наконец, дорожка привела нас на пляж. Решили вдоль воды вернуться к папе, чтобы не подвергать себя ещё раз опасности и созерцанию ужасов Серебряного маршрута насекомых-людоедов. Ярко светит солнце, ветер колышет прибрежную траву, морской овёс, диковинные бабочки пытаются летать в перерывах между порывами ветра. Но отдыхающих не смущает ничто: они мужественно возлежат на низких пляжных лежаках под зонтиками, наслаждаясь бездействием. Мне было бы скучно лежать на пляже, ничего не делая, Талька тоже не понимает такого времяпрепровождения, но именно мы и развлекали отдыхающих, наполняя панораму своим присутствием. Лежaщие непременно поворачивались к нам и здоровались. Володя как то, когда мы только приехали, возмущался: "Не понимаю, почему все встречные считают своим долгом показать мне свои зубы, что я им, дантист?" Но теперь и мне, и ему эти улыбки кажутся просто выражением вежливости, не больше, и без них чувствуешь себя как-то неуютно, особенно если по привычке улыбнулся кому-то в Европе и получил странный взгляд в ответ. Вот такие метаморфозы. "Дарите радость людям", ведь "солнце начинается с улыбки". И почему мы не пользовались этой мудростью раньше? Может, потому что давно перестали быть детьми?  

Папа уже выкупался и, как капитан дальнего плавания, вглядывался в прибрежные заросли, выискивая наши синюю и жёлтую панамки. А вот и мы, совсем с другой стороны, не ожидали? Мы погрузились в автомобиль, вернулись к перепутью, с которого мы начали путешествие по парку и на сей раз повернули направо. Направо пойдёшь - можно искупаться в заливе, подкрепиться, снять напрокат пляжную утварь, акваланги, прорезиненные костюмы, и даже прокатиться к рифам, чтобы понырять там. С этой стороны открывается панорама на Мексиканский залив с Семимильным мостом, а также другим мостом, сейчас пешеходным, оставшимся со времён, когда в Ки Вест ходил поезд. Железная дорога была разрушена ураганом и восстановлению не подлежала, зато на всех открытках Бахья Хонды красуется мост - массивная железная конструкция с проломом недалеко от берега.

Мы взобрались на веранду главного в этом парке здания. Уплетаем бутерброды со всякой всячиной, запиваем традиционной колой, называемой здесь "коук". Час дня. Внизу, у причала, оживление. Палуба пришвартованного катамарана заполняется публикой в резиновых костюмах - а ля шортики - футболка, с масками и трубками. Последние пассажиры забрасывают свои сумки с провизией на борт, матросы собирают билеты. Эти едут на снорклинг, к рифам. Кто-то приветливо машет нам рукой - айда с нами. Нет, хорошие мои, меня теперь нескоро увидят на корабле, которому предстоит стоять на якоре где-то в океане. Капитан включает двигатель, матросы снимают с тумбочек причала толстенные верёвки, которыми судно было привязано к берегу (да простят меня моряки - терминологией не владею абсолютно). Талька восторженно машет всем рукой, а публика весело отвечает ему взаимностью. Катамаран вскоре исчезает вдали, за Cемимильным мостом. Тогда сын переключается на голубей, которые без приглашения слетелись на стол, за которым мы обедаем. Однако, нам пора. Убираем со стола, прыгаем в машину и продолжаем путешествие на юг.

2003 г