ПЕРЕПЛЕТ
ПЕРЕПЛЕТ

Жили- были два приятеля- Погодин и Хлебников. Оба учились на геологическом факультете Иркутского университета и оба, после его окончания, женились. Но дальше их жизнь пошла по-разному.

Щуплый, с аскетическим лицом и больным желудком, Виктор Хлебников, пошел, еще в университете, по партийной линии. Поэтому, после получения диплома, ему подфартило работать в геологическом отделе геологического управления, где он дошел до должности заместителя начальника отдела, и, в конце концов, стал начальником тематической экспедиции- тихая, не очень ответственная, но престижная должность. Из года в год его выбирали членом парткома управления, что, безусловно, укрепляло его административное положение. Так бы и текла его жизнь спокойно и неторопливо, если бы не жена.  

     Екатерина Хлебникова отличалась от своего супруга буквально во всем. Крепкая, статная, румяная, пригожая, броская, привлекательная, одним словом, как говорили во времена В.И. Даля, - баская, она была полна жизни и желания пополнить ее всеми доступными способами. Однако, после рождения дочери, ее болезненный супруг, убедившись в прочности созданной семьи, успокоился, и на фантазии жены реагировал трезвыми расчетливыми ходами, полагаясь на успокаивающее влияние времени и защитных материнских рефлексов.

- У меня завтра приемка отчета, проекта, Катечка, - занудно произносил он перед сном и садился за бумаги, дожидаясь момента, когда супруга уснет. Только после этого он ложился спать, стараясь не касаться ее жадного тела... Только раз в неделю он позволял себе обладать ею. Но сразу после этого он засыпал, не обращая внимания на желание жены хотя бы поговорить об обуревающих ее стремлениях и соображениях...

     Дмитрий Погодин, коренастый, курносый круглолицый румяный крепыш, сначала тянул лямку в геолого-съемочной партии, и, в конце концов, выбился на должность главного геолога геофизической экспедиции, которая вела магнитометрическую съемку на юге Витимского плоскогорья. Не только рыбалка, но и поиски и разведка месторождений, были его хобби. Любитель выпить, он вечно был окружен приятелями, и его тихой послушной супруге, Ирине, не раз приходилось устраивать на ночлег его подвыпивших друзей, и ложиться спать на грудь мужа, дышащего ей в лицо перегаром спиртного. Худенькая, тихая Ирина обожала своего мужа и страдала от того, что не может родить ему наследника. Великодушный Дмитрий, как мог, утешал ее и, однажды, предложил взять на воспитание сироту из дома ребенка. Так у них появилась малютка Дашенька, которая составила счастье семьи Погодиных...

     Время шло, и в Забайкальском геологическом управлении один сезон сменялся другим, текучка, как любили выражаться в то время, заедала- отчеты, проекты, зимний завоз снаряжения по замерзшим рекам, «выбивание» ассигнований на геологоразведочные работы в Москве... Время бежало. Вот уже обе дочки наших приятелей достигли школьного возраста. Жизнь текла без особых приключений и встречались бывшие однокашники теперь только по советским праздникам и больше по настоянию Кати. Виктору было как-то не по себе в присутствии шумного Дмитрия, который, к тому же, не знал предела в количестве тостов, вопреки трезвеннику Хлебникову.  

     На встречу очередного Нового года снова собрались у Погодиных. Хлебников не скрывал радости. Как раз к знаменательной дате, благодаря нескольким удачно завершенным отчетам, он получил денежную премию, с помощью которой можно было решить несколько неотложных семейных проектов.

- Вчера разговаривал с Латыповым, - после нескольких предварительных тостов сообщил Погодин, - наконец, Москва дала добро на поиски железной руды. Магнитные аномалии обнаружены, но, пока, не очень масштабные. За это надо выпить! -

Выпили еще по одной. А тут часы в телевизоре стали приближаться к двенадцати. Все встали и дернули еще по одной.

- Вот ты говоришь Латыпов- Латыпов, - вспомнил Хлебников. Навара с этих денег не будет. Завоз, транспортировка, командировки, результаты чи будут, чи нет. Останешься при своей зарплате, и только. - Погодин промолчал, он был романтиком и не считал, что деньги- это все...

     Во втором часу, когда дети уже спали, решили потанцевать. Это было танго. Екатерина тут же захватила Погодина, а Хлебникову досталась уже полусонная Ирина. Танцевали вокруг стола. В конце- концов дело принципа-все равно надо было дождаться наступления нового года в Москве.

- Дима, не пей много, - прижавшись к Погодину, шепнула ему в ухо Катя. Сказала она это так, что его бросило в жар, и он мгновенно ощутил значение рук, обвивших его шею, и тесного жара взаимного соприкасания...

- Ребята, - воскликнул Виктор, давайте выпьем за наши успехи в новом году и за нашу Советскую страну! - Он налил полстакана водки, чокнулся с присутствующими и залпом выпил. Видно, на радостях, ему изменила его постоянная осторожность. В конце концов, вокруг ведь были свои люди! Погодин тоже поднял стакан, но, встретившись с предостерегающим взглядом Кати, только пригубил его и поставил на место. Ирина уже не могла ни пить, ни есть и, с трудом откланявшись, отправилась в постель.

     До московского Нового года осталось чуть больше часа, когда развезло Виктора. Он пытался что-то высказать торжественное и партийное, но у него только получилось: «Наша д-р-жа-ва, п-р-тия, л-л-люб-бим, по- русски з-за них... и-эх...» и захрапел. Но Дмитрий успел подхватить его, падающего со стула, и положил на диван.

- Проводи меня, Дима, домой. А Витя пусть отсыпается до утра у вас. - сказала Катя. Она набросила шубку, а Дмитрий- полушубок и они вышли из подъезда. Новогодняя забайкальская ночь была потрясающе великолепной. В морозной глубине мерцали звезды. Они были так далеки от праздника! Но наступивший год напоминал о себе светлыми окнами с елками, опутанными гирляндами горящих лампочек, и скрипом снега под ногами...

     Хлебниковы жили в соседнем подъезде и поэтому идти было совсем недалеко. Вот захлопнулась входная дверь и Дмитрий с Катей с бьющимися сердцами остановились друг перед другом в полутемной, освещаемой только светом с улицы пустой гостинной.

- Вот я тебя и дождалась, Дима. Тсс, - тихо промолвила Катя и приложила пахнущие духами пальцы к его губам, как бы призывая к молчанию. Не зажигая света, молча, она повела его в спальню, где стала сбрасывать с себя и с него одежду. И тут прорвало и внутри него плотину многолетнего морального табу. В его руках, в его объятиях была самая красивая студентка его курса, его не сбывшаяся из-за идиотской случайности мечта! Это было нечто космическое! И они упали на нерасстеленное супружеское ложе Хлебниковых...  

     Но вот любовный шквал пронесся и воцарилось отрезвление. Время вернулось вспять. В соседней квартире слушали Брежнева и шумно отмечали Московский новый год.

- Мы оба были глупыми, Дима. Ты меня спровоцировал с этой Машкой и сам на ней не женился, а я, дура, поддалась Хлебникову. Думала он далеко пойдет как партиец. Факт, что продалась! Так мы и жили эти годы- ты со своим найденышем, а я со своим партийцем. Но теперь, я уверена- ты должен быть мой и только мой. Я не могу больше жить неправдой и юлить не собираюсь- на этой кровати Виктор больше меня не увидит. И дочку я заберу. А ты решай и решайся...

- Ирку, Дашку жалко...

- Глупый ты, Дима, тебе уже за сорок, а ты еще не знаешь, что такое счастье. Нет- нет- это не только то, что я тебе люба и сладка, я теперь отдаю тебе свои душу, мечты, надежды, желание беречь и охранять тебя, чего никогда не было во мне в отношении Хлебникова, и это, поверь, больше и дороже чем все премии и месторождения, которые ты еще откроешь! Я знаю- тебе, не то-  что мне- тебе тяжелее. Тебе еще предстоит сделать этот отчаянный шаг. На тебя спустят всех собак, но, помни, теперь у тебя есть я!..

     Погодин вернулся домой с поздним в эту пору рассветом. Ира колдовала на кухне, Даша готовилась к утреннику. Хлебников укрытый пледом все еще спал на диване. Семейный корабль по инерции продолжал идти прежним курсом, хотя Катино сладкое притяжение стало бомбой замедленного действия в его трюме. Ирина молчала, ожидая объяснений от мужа. Можно было соврать, сказать, что был у друзей, встречал Новый год по Москве, но, вместо этого ляпнул:

- Был у Кати, - потом смягчил, - Московский новый год встретили...-

- Я так и думала, - простодушно и сочувственно промолвила она. По ее мнению, прямой и великодушный Дима, который никак не соответствовал роли бабника, не мог поступать в отношении ее и дочки безнравственно. – Конечно, вам стало скучно, я уснула, а Витя свалился. Даша, дай вплету тебе еще одну красную ленточку, - переключилась она на дочь. Погодин облегченно вздохнул и пошел вздремнуть- после бессонной ночи он чувствовал себя разбитым.

     Кто знает, как повернулись бы дальнейшие события, если бы в этот же день, то есть первого января 1970 года Катерина не объявила своему страдающему с похмелья супругу, что забирает дочь и уходит от него навсегда. Она, не извещая Погодина, переехала жить к своей бездетной тете, одиноко проживавшей в своем бревенчатом доме на окраине Забайкальска.

   Хлебников не уговаривал ее остаться, полагая, что это он провинился из-за неумеренной пьянки. Он решил, что ее блажь пройдет, как бывало не раз, когда она уходила к своей тете на неделю, а то и на месяц, но всегда возвращалась обратно домой...

     С этого все началось, но процесс уже не мог остановиться, ибо в нем слились два прямых и упрямых характера, два человека, решившихся броситься в сладкую непредсказуемую пропасть в надежде познать новые стороны того, что называют жизнью.

     Вот когда на Погодина навалилась парторганизация, вот когда он узнал, что такое советская общественность и что такое быть вызванным «на ковер» в райком партии... Но больше всего его мучила мысль об оставляемых Ирине и Дашеньке. Но после тяжелого, мучительного объяснения с Ириной, он ушел жить к Кате. Ее уверенность и устойчивая позиция стали основной нравственной поддержкой Дмитрия. Ей все было нипочем: ни бабские сплетни сослуживиц, ни косые взгляды начальства, ни упреки и инсинуации оставленного мужа...

    А тут судьба подбросила Дмитрию еще одно испытание. Буровики начали разбуривать самую контрастную из обнаруженных магнитных аномалий и вошли в типичную «железную шляпу», выветрелые богатые окислами железа породы. Они прошли всего пятнадцать метров и на этом исчерпали сметные возможности проекта. Рудный источник находился ниже железной шляпы и ее было необходимо пройти, чтобы определить перспективы участка. Буровики и геологи требовали продолжить бурение, но запланированные ассигнования кончились, а для продолжения работ нужны были деньги!..

     Разумеется, в Геологическом управлении резерв существовал, но как его выпросить в условиях бракоразводной нервотрепки?

- Знаешь, Дима, пока есть у тебя власть, рискни, - посоветовала Катя. – Я верю, есть у тебя шанс открыть месторождение. Ну, а в случае неудачи, буровикам за работу все равно заплатят, а тебя, тебя... накажут. Но это не смертельно. У тебя есть я! Это главное! -               

     И он рискнул. Разрешил добурить одну скважину с отбором керна до глубины 200 метров! Чтобы им не досаждали управленческие контролеры, Дима и Катя оставили дочь на попечении тети, а сами выехали в тайгу на буровой участок, где им выделили один бревенчатый блок с железной печкой и двумя широкими топчанами...

     Вот это была жизнь! К десяти ночи движок прекращал работу, и они оставались одни в темном пространстве, освещаемом только красным свечением угля в «буржуйке». Укутавшись пуховыми покрывалами, они сладко засыпали под звуки февральской симфонии тайги, завывания ветра в трубе, металлического шелеста несущегося с небес снега, скрежета трущихся друг о друга лиственниц...

     Будили их пулеметные очереди бензинового пускача, запускающего в предутренней темноте дизель электростанции. Новый день начинался тусклым светом, висящей под потолком лампочки... Дмитрий сноровисто вскрывал жестяные банки и нарезал хлеб, а Катя разогревала тушенку и круто заваривала индийским чаем кипяток.

     После завтрака Дмитрий шел на буровую и кернохранилище просмотреть керн- колонку грунта, вынутого из поднятой наверх буровой трубы, а Катя отправлялась в лабораторию исследовать минералы из обработанных проб...

     В середине марта вызвали Погодина в город, к начальнику управления, как выразилась канцелярия, «для административного решения».

   Начальник, Петр Петрович Гринько, невысокого роста круглолицый блондин с выражением постоянной озабоченности на лице, встретил Дмитрия холодно.

- Так коммунист поступать не должен, - заявил он после энергичного рукопожатия. - Ты разрушил сразу две семьи- свою и своего товарища. Гладить тебя по головке за это мы не можем. Сам знаешь- как партия смотрит на нарушения морали. Мы долго обсуждали этот вопрос, советовались с Хлебниковым и с тобой. Тянется это дело уже почти три месяца, и пора ставить точку. Без наказания мы тебя оставить не можем. С должности главного геолога мы тебя снимаем и направляем старшим геологом на объект. Мне доложили, что ты идешь на перерасход средств на бурение. Учти, ты несешь всю ответственность за это решение. Резерв управления уже израсходован и нужны веские основания, чтобы просить дополнительные деньги у министерства. В твоем распоряжении не больше месяца!.. Ладно. Приказ получишь в канцелярии!..-

     Дмитрий вышел из управления с копией приказа о своем понижении в должности и перемещении по месту работы. Надо было все начинать сначала. Будущее казалось тоскливым и малоперспективным...

-Дима! - Вдруг окликнул его женский голос. Это была Ира.

-Как ты живешь, Дима? -

-Все у нас нормально. Сама знаешь- в тайге дышится глубже. -

-А я, Дима, специально пришла повидаться с тобой. Все- таки, я с тобой прожила много счастливых дней, и ты не виноват, что я не могла родить тебе наследника. Нет-нет, не возражай, я слышала от кое- кого, что, Катя беременна...- Она сморкнулась в рукавичку. - А у вас ни кола, ни двора...

- Ты не права, Ира, насчет кольев и дворов- их на базе предостаточно, но, спасибо на добром слове...

- Нет, я не это хочу сказать. Я поговорила с Виктором. Ведь ничего уже не вернуть! А у него больной желудок, и после развода, болезнь обострилась. И я ему сказала: «Витя, тебе не выжить одному, а то, что произошло, равно касается нас обоих» ... В общем, я предложила ему, чтобы мы сошлись. Может быть это смешно, но это жизнь! И мы стали жить вместе. Через неделю мы должны расписаться. Вот, что вы наделали!.. Нет, не возражай, я другое хочу сказать. По закону у Кати есть право на часть Хлебниковской квартиры, а у тебя- нашей, так мы с Витей решили отдать вам эту, бывшую нашу квартиру, если вы согласны, а мы переедем к Хлебникову. Ты должен выбрать время, чтобы перепрописать в нее Катю! А я уйду из нее сразу после ЗАГСа...-

Дмитрий посмотрел в ее влажные глаза и жалость к своей бывшей жене сжала сердце.

- Спасибо, Ира, - только и смог он ответить, понимая, что она глубоко переживает то, что именно его поступок явился причиной ее вынужденного матримониального выбора... 

     На базу Погодин вернулся как раз вовремя- замолчал движок и поселок погрузился во тьму. В их избе засветилось оконце. Это Катя зажгла керосиновую лампу. Она с беспокойством ждала его и была обворожительна в своем несдерживаемом чувстве...

     Он рассказал ей о состоявшемся разговоре с начальником управления, но умолчал о встрече с Ириной.

- Дима, не обращай внимания, иди своим путем, наше счастье заслуживает этих временных неудобств и мучений. Я понимаю, тебя угнетает потеря благоустроенного жилья. А мне достаточно, есть у нас эта изба- и слава богу, а перед родами я перееду к тете. -

Тут уже Дмитрий не смог сдержаться и рассказал о знаменательном диалоге с Ирой.

- Вот, видишь, появился первый проблеск будущего нашего устройства. - Катя удовлетворенно улыбнулась. Ее уверенность была победоносной. Она всегда была уверена в своих правах на жилье...  

     Бурение шло плохо, с поломками. Тяжелая ржавая твердая масса с включениями массивных валунов древних вулканических пород поддавалась трудно. Попадались каверны, ломался инструмент. К концу марта Дмитрий получил письмо контролера главка с запросом о причине перерасхода средств. Дал неделю срока с уведомлением о последуещей передаче дела в суд, в случае непредставления серьезного обоснования нарушения правил ведения буровых работ.

     Напряжение нарастало. Подчеркнутое внимание Кати к его персоне и ее попытки переключить его внимание на растущее вместе с объемом ее живота, их личное счастье, только усиливало ощущение своей неполноценности в их союзе. И он споткнулся.

     В гелого-поисковую партию Погодина наведался спец по железным рудам из центрального отраслевого Московского института Валентин Сысуев, довольно- таки неказистый человек с огромными очками, что делало его похожим на Ихтиандра из фильма «Человек- амфибия». Сысуев, несмотря на свою худобу, согбенность и, в общем, несчастный вид, оказался человеком энергичным и активным. Целый день он копался в кернохранилище, исписал целую общую тетрадь наблюдений и к вечеру явился к Погодину с сеткой- авоськой полной бутылок Московской. В эти дни Дмитрий жил один- Катя уехала в город погостить у тети. Была полная возможность загулять, и загуляли. Начали с обсуждения того, за что стоит выпить.

- Ты ждешь месторождение железных руд? - спросил Сысуев хозяина. - Не дождёшься. Масштабы не те! Да и железная шляпа какая- то странная, скорее тянет на выветрелые сернистые руды. Так что выпьем за то, чтобы их качества и количества хватило на оправдание затрат на поиски! -

- Нет, ты не прав, Валя, запротестовал Дмитрий. Я согласен, что масштаб незначительный, но, посмотри, глубина шляпы очень большая и, может быть, мы имеем дело с каким- то пластом, возможно, уходящим на глубину... Однако, я не против тоста. -

- А еще лучше выпить за то, чтобы руда была поинтересней, ведь спектральный анализ глин из шляпы дает странные результаты. Довольно высокие содержания серебра, кадмия, цинка, свинца говорят о полиметаллических рудах, но и для них масштаб незначительный...-

- Ладно, Валентин, семь бед- один ответ. Жалко только Катьку. Вот стали жизнь налаживать, а тут прокол с рудой... Выпьем, давай, за нее, это такой подарок мне, увы, незаслуженный...-

     Потом выпили за будущего погодинского отпрыска, потом обсудили управленческое начальство и выпили по этому поводу, потом- министерское, потом вообще, всякое начальство и пили, пили...          

     Проснулись они от настойчивого стука в окна. В них заглядывали главный геолог и начальник геологического отдела управления. Был одиннадцатый час дня, а Погодин с Сысуевым еще не прибыли на работу!..

- Погодин! Не оправдывайся! - С одесским акцентом и, как всегда, грубо и без необходимости громко, проревел, ввалившись в дверь, главный геолог Семен Сергеевич Иванов, выкрест из евреев. - Думаешь, тебя сюда послали пить в рабочее время водку и спать с чужой бабой? Ну-ну, успокойся, - взмахом пухлой ладони остановил он возмущение Погодина, - А как ты думал? Тратить государственные средства без спросу и требовать ласкового обращения? Ладно, сейчас какой разговор с тобой- но не вздумай опохмеляться. Разве что чай, квас, рассол?.. Завтра с утра поговорим...-

     Начальство удалилось. Сысуев вытащил из керзового сапога запасенную им с вечера бутылку водки и предложил опохмелиться. Погодин отказался, он был в отчаянии. Надо же было дойти до того, что уже и Иванов, хотя и не самый плохой человек в Управлении, но известный насмешник, унизил его при других! Что он скажет Кате? Он кое- как прожевал бутерброд с канадским консервированным языком, который запил двумя кружками крепкого чая. Голова была, словно набитая опилками! Захотелось выйти на свежий воздух...

    Тучи рассеялись и к середине дня выглянуло солнце. Отвалы снега по бокам дороги и сама дорога стали чернеть, контрастно выделяясь среди белого блеска недавно выпавшего снега. Он брел между серых стволов потерявших хвою лиственниц, мимо отдельных резко зеленеющих пихт и елей... Сознание постепенно прояснялось, голове становилось легче, но горечь от досадного промаха усиливалась.

     Через полчаса ходьбы он вышел к буровой, где техник- геолог укладывал добытый за утро керн в ячейки специальных ящиков, в каждом из которых помещалось по пять метров пробуренного материала. Подошел буровой мастер Василий Пронин.

- Сегодня проходка как надо, пошла сравнительно мягкая и плотная порода- за утро- десять метров! -

- Дай-ка я посмотрю, - отстранил Дмитрий техника. Он нагнулся над ящиком и увидел оторванные керноколом, не кирпичного цвета плотную породу железной шляпы, а продолговатые, полосатые буровато- черно-серые, тяжелые цилиндры теперь уже рудной массы. Все десять метров керна состояли из нее! Он попросил техника отобрать небольшие образцы от каждого метра руды и сложить их в полотняный мешечек, чтобы сделать объединенную пробу для минералогического анализа...

«Неужели все десять метров керна- из одного пласта?»- пела в его голове- шальная мысль. «Но, что за руда, явно не медная, а скорее свинцовая или цинковая». Он взял мешечек с пробой и отправился в минералогическую лабораторию...

     Сначала он заглянул в дробильное отделение, где ему раздробили, размешали и создали представительные части породы, которые рассыпали по пакетикам для испытания разными видами анализа. После этого он заглянул к минералогу Виктории Приходько и попросил ее срочно, отставив другую работу, посмотреть материал одного из пакетиков. Она взяла пакетик, рассыпала часть порошка из него на предметное стекло бинокулярного микроскопа и принялась за работу. Погодин присел рядом и терпеливо ждал. Виктория молча перебирала материал длинной иглой, насаженной на деревянную ручку, считала минералы и записывала результаты на специальном бланке. Покончив с работой, она записала результат подсчета на отдельном чистом листке и произнесла:

- Дмитрий Варламович, ваша проба- это почти типичная полиметаллическая свинцово- цинковая руда. Примесей в виде карбонатов и углисто- глинистых сланцев немного, не больше 10ти процентов. Скажите, какова толщина пласта? Десять метров? Вот это да! Наконец-то!..

     Проходка скважины в следующий день составила уже 15 метров, но буровой инструмент не вышел из руды. Общая толщина пласта теперь составила 25 метров! Нужно было доложить Иванову о новых перспективных результатах…

     Теперь Иванов был доволен и ни словом не поминал вчерашнюю скандальную встречу.

- Пиши, Дима, дополнение к проекту, пока только на твою глубину. На следующей неделе еду в министерство и пробью дополнение. И, пока, особенно, не кричи, всяко у нас в геологии бывает!..

     В апреле скважина достигла проектной глубины 200 метров и не вышла из руды! Рудный горизонт толщиной 200 метров! Казалось небо опрокинулось на Диму! Уже никто не сомневался в том. что открыто новое месторождение. Теперь без проволочек было принято решение о проведении крупных геологоразведочных работ и об организации специальной геологоразведочной экспедиции, главным геологом которой назначили Погодина.

     Появился шанс получить государственную премию, ордена. Тут уже и Петр Петрович Гринько решил переместиться из кресла начальника Геологического Управления в кресло главного инженера новорожденной экпедиции...

     Вернулась из города Катя и жизнь пошла тем же чередом и в той же избе, что и до этого. Вот, только, теперь не удавалось Погодину выпить с друзьями как следует. Катя тщательно фильтровала посетителей и выбросила из дома крепкие напитки. Оставлены были только легкое вино, чай и кофе...  

     Однако два раза удалось ему хорошо посидеть с друзьями: когда Катя родила давно ожидаемого сына и когда пришлось «обмыть» Государственную премию за открытие месторождения.


Разместить в ЖЖ ДАть свою заметку
Еда и кухня Еда и кухня Авторство и книги
СУДЕБНАЯ ПЬЕСА ПО ДЕЛУ «МАСЛО-УБИЙЦА» В ТРЕХ ДЕЙСВИЯХ, БЕЗ АНТРАКТА

Медленно, тая на глазах в душном присутственном собрании, обвиняемое усаживается на скамью подсудимых. За ним тянется неаппетитный жирный след. Об... Читать >>

ПЯТЬ ПРАВИЛ ЗАМЕЧАТЕЛЬНОГО И УДИВИТЕЛЬНОГО ЧИЗКЕЙКА
Вы слышали? Злые языки утверждают, что недавно вошедший в моду, капризный и привередливый чизкейк, ни что иное как... банальная запеканка. Та самая, ... Читать >>
ТРИЛЛЕР О МОНСТРАХ И УТРЕННЕМ КОФЕ
Рецензия на книгу Ребекки Гилпин и Леона Пратт "Большая книга занимательных опытов" Росмэн-Пресс, 2008... Читать >>
Авторство и книги Психология Бизнес и экономика
КАРТА ДЛЯ ДЕДА МОРОЗА
Сказка о том, как Баба Яга отправила Деда Мороза в Австралию и горько об этом пожалела... Читать >>
ВСЕМ БЫВШИМ ПОСВЯЩАЕТСЯ
Тихий зимний вечер, пушистые снежинки на подоконнике и уютный мягкий свет монитора… Дети давно спят, муж задремал на диване, и вскипел электри... Читать >>
ФАЛЛОС В РЕКЛАМЕ - 6
Если вы думаете, что чуть ниже страницы висит обычный рекламный банер, то вы глубоко ошибаетесь. Этот шедевр рекламы в Интернет нашел и прислал Серге... Читать >>
Бизнес и экономика Обо всём Еда и кухня
ФАЛЛОС В РЕКЛАМЕ - 8
Я уже, грешным делом, подумываю, а не открыть ли мне школу рекламного мастерства. Тем более, что я давно убедился - дело это совсем не хитрое, я бы д... Читать >>
ДОБРЫЙ ДЕНЬ 23.09.14 ЕЩЕ ТРИ КНИГИ ИЗ ДЕСЯТИ, КОТОРЫЕ ПОТРЯСЛИ МОЙ МИР
Итак, продолжим список. Еще три книги, которые оказали влияние на формирование моего мира. 4. Вечера на хуторе близ Диканьки, Николай Гоголь. Гоголь... Читать >>
ОДИН ДОМА, С ДЕТЬМИ, КАК Я СПАССЯ
Жена готовится в поездку на Украину. У мачехи юбилей. Купила себе чёрный лыжный обтягивающий костюм. Сексуальненько. Я спрашиваю, зачем, ты ж на лыжа... Читать >>
Бизнес и экономика Отношения и интим Отношения и интим
СЕКТА КРОЙКИ И ШИТЬЯ ДЛЯ ДЕВУШКИ
Навязчивая реклама проникает во все сферы нашей жизни. Особенно она мешает бизнесу, создавая информационный шум в голове у делового человека. Это реа... Читать >>
14 ПРИЗНАКОВ ИДЕАЛЬНОЙ ЖЕНЩИНЫ ИЛИ КАК ЗАВОЕВАТЬ НАСТОЯЩЕГО МАЧО
“Ты знаешь, - жаловалась она, - меня поражает, что мужчины с космической скоростью теряют навыки ухаживания за дамой сердца, все меньше заботят... Читать >>
ПЯТЬ СЮЖЕТОВ ИЗ ЖИЗНИ ОЧЕНЬ ЗАНЯТОЙ ЖЕНЩИНЫ
Сюжет первый. Эротическая кулинария или вареники по скайпу - Нежней, что ж ты его так дергаешь! Колбаска должна быть крепкая и толстенькая... Вот та... Читать >>
Обновления заметок
Михаил Язмир
Михаил Язмир
Cборники заметок
Комментировать
Автору ДА 427
Обо всём
11. ГОД СПУСТЯ.
Шломо и Рита были счастливы. Уже полгода они были женаты. В Маалоте это началось, и они решили построить себе дом именно здесь. Здесь Шломо решил о... Читать >>
Обо всём
10. БОЛЬШАЯ ОХОТА.
Ривка проснулась с рассветом со странным ощущением пустоты на сердце. Так, иногда, бывало при неумеренном потреблении вина. Но вчера было выпито немн... Читать >>
Обо всём
9. АХ, ШЛОМО- ШЛОМО!
В центре Наарии свернули направо. Было совсем поздно. Лишь изредка ослепляли огни встречных машин. Поднимались все выше и выше в горы. Виллу для базы... Читать >>
Обо всём
7. ОТКРОВЕННЫЙ РАЗГОВОР.
-Ты меня ждала, Рита? - Спросил Шломо. -Да, ждала. Ты ведь сейчас едешь обратно на нашу виллу? Подвези и меня. Я ведь Иерусалимская. Мне в Тель- Ави... Читать >>
Обо всём
4. НЕДЕЛЮ СПУСТЯ.
Рита была недовольна собою. Ее нравственное видение отставало от духовного уровня общества. Она никак не могла воспринять господствующую доктрину тог... Читать >>