Гм… Тут читать, тут не читать… А тут что? Рыбу заворачивали? Нет, не рыбу. Просто начало путевых записок было на стандартном листе А4, а листы А4, если приходится на них писать, я складываю пополам. Пишу, разворачиваю, переворачиваю… И потом путаюсь, где начало, где конец. Обычное дело.

Странная птица пролетела над дорогой. Белая, толстая, с широкими крыльями. И летит – парит, крыльями не машет. Прям как чайка…
Откуда здесь чайки, в средней полосе?

Налево поедешь – до Ржева не доедешь, дорога – умри конь, умри машина. Направо поедешь – до Твери может и доедешь, потому как дороги здесь, в Тверской области пятнистые, как шкура леоперда. Черное пятно ровного асфальта – рыжие колдобины, опять – черное пятно асфальта…
А Прямо поедешь – мост через реку Волгу.
Что удивительно, Каспиского моря рядом нет, а на уроке географии вбили намертво – «Волга впадает в Каспийское море…» .
Может та птица все же чайка была, а не зажравшаяся ворона-альбинос.

За Волгой, знамо дело, город Заволжск. После него дорога совсем обалдевает от такой истории с географией, и превращается в пыточную полосу для водителя. Я – не водитель, мне нормально, - сижу себе – кашляю.
А муж сильно ругается. Что-то про войну, про подвеску, про то, что «после каждых пяти километров нужно делать балансировку». И даже грубое слово сказал.
Хорошо, что ребенок сидит в плеере, слушает душераздирающую аудио-историю про Бармалея и детей.
«Как я рад, как я рад, что поеду в Ленинград!»

***
Несмотря на трудные путевые условия, дорога забита фурами. Траками, по-американски.
Траки едут нам навстречу. Они везут в Москву продукты народного потребления. Судя по всему, наиболее охотно народ потребляет автомобили в ценовой категории 20 – 50 тыщ долларов за штуку.
Муж ругается, что траки разбили дорогу и что с них нужно брать денег на ремонт. Да что там! Он – муж - сам готов заплатить. 10 рублей. А с трака, говорит, нужно брать 10 долларов. Подумал и добавил:
- За каждую единицу товаро-машины, которую он везет.
***
Проехали скромный мостик через реку со сказочным названием Тверца.

Проехали деревню Дубровку. Ту самую? Вряд ли. Ни одного такси …

В кустах стоит худой мужик в синем костюме и салатовом жилете. В руках чего-то вертит. Людей пугает, паразит. Если б не его худощавая конституция, - вылитый гаишник.

***
Ага! А вот тут мы пообедали! Кажется так… Сцену с обедом нужно брать из предыдущего поста, из второй части Путешествия. Впрочем, разве это так уж важно?
Значит, пообедали и поехали дальше.

***

- Мама, а мы едем обратно в Россию? – интересуется ребенок.
Опять – двадцать пять!
- Я же тебе тысячу раз уже сегодня объясняла - мы из России не выезжали!
Машину подбросило, тряхануло и опустило передним колесом в рваную яму.
- Ты уверенна? – мрачно спросил муж, с трудом удерживая руль.
Нет, что-то у них в Москве с географией не то. Определенно. Родину не узнают, зажрались на иноземных бройлерах.

***
А в Кужлево – домов десять, не больше. Ну, ладно, может, двенадцать.
Все дома серые, старые…. А этот был крашен голубым. Но очень давно... А этот – розовым. Но еще раньше. Может, до революции.
Думаю, до Великого Октября тут жила роботящая кулацкая семья Кужлевых. И земля была вспахана, и забор стоял добрый, и коровы с лошадями жевали сено в теплом сарае. И бражка пенилась у печки. На праздник. Пасху, там, или Рождество…

А теперь заборы покосились. Все. А некоторые и подгнили и упали. Вон, как этот – черный штакетник, свернувшийся гармошкой.
А у крайнего дома просела крыша. Первый раз такое вижу. Впрочем, так нельзя сказать – «просела крыша». Это не по-русски.
Представьте себе дом – обычный деревенский дом, только старый очень и черный весь, - дом с крышей-треугольником. Так вот середина крыши, говоря по-русски, хернула на пол. Внутрь. Ясное дело, пробила поток.
Пригляделась я, и поняла, что половина домов в Кужлево брошены, - в них никто не живет.
А те, в которых живут люди, не многим отличаются от брошенных. И людей самих не видно…
Вдруг мне представилось, что это не муж за рулем, а я. И у Кужлево у меня спустилось колесо. И я иду в деревню за помощью. А уже темнеет… И никого нет… А там, за домом с провалившейся крышей промелькнула тень. Значит есть кто-то живой! А живой ли?...
Ой, блин…
Не приведи Господь оказаться ночью одной в Кужлево…

***
- Мама, а мы сейчас где? – поинтересовался малыш, просовывая глобус вперед, между сидениями.
- Гм… Примерно тут, - я ткнула пальцем ближе к точке «Москва».
Глобус наш – величиной с большое импортное яблоко.

май 2006 г.