В августе опубликовали списки детей и их классов с именами учителей. Если в июне была ещё опция перейти в продвинутую программу в другую специализированную школу, то к августу эта опция аннулировалась. И вот тогда-то мы и узнали, что учителей у нас будет два! Мистер Батсел и ... да, и мисс Клайнич. Просьба любить и жаловать.

Мне было жаль ребёнка, но я подумала, что поскольку он очень серьёзный и хорошо учится, a такие как раз нравятся учителям, проблем не будет. Нет, он не ангел, может и пошалить, но в меру. Как-то учительница в русской школе мне сказала: "Нет, он не паинька, он мальчишка, хороший мальчишка. Я люблю таких". Наши крылышки исчезли к первому классу,  ну или второму. И всё же остались похвальная ответственность, аккуратность (мне бы такую!), интерес к учёбе, словом, то, что приветствуется в школе, ну и не только. Ребёнку я даже не стала говорить как ему "повезло", но, оказалось, что и среди детей по школе ходят слухи об учителях. И, в общем-то, они все хорошие, слухи эти. Слухов нет только о новеньких учителях, но и они со временем появляются, и только о мисс Клайнич хороших слухов нет.

На день открытых дверей мы пришли знакомиться с учителями. В дверях своего кабинета стоял улыбающийся мистер Батсел, проходил с каждым учеником в класс и показывал ему его парту. Мой мальчик должен был сидеть в классе у мистера Батсела на математике и английском. Науки и история, а также "домашняя комната", то есть основная, у моего ребёнка была с мисс Клайнич. В дверях я встретилась с подругой, у которой у мисс Клайнич тремя годами раньше учился младший ребёнок. Она обняла меня и сказала: "Ничего, я научу тебя как с ней надо обращаться. Мы её пережили." Потом она подвела моего ребёнка к мисс Клайнич и сообщила, что мы друзья. Типа для общего положительного впечатления.

Теперь, пожалуй, надо перейти к описанию мисс Клайнич. Вы думаете монстр? Ничуть! Я даже удивилась - неужели это она. Если бы я встретила эту женщину на улице, если бы даже ездила с ней каждый день в метро, я бы, пожалуй, её даже не запомнила. Невысокого роста неприметная женщина с невыразительными чертами лица и короткой стрижкой, среднего возраста, пожалуй, чуть за пятьдесят, но, может, и старше. На её лице не отражалось никаких эмоций, и даже глаза её молчали - в них не было ни-че-го. На день открытых дверей принято ходить по школе и не только знакомиться с новыми учителями, но и навещать старых. После таких холодных глаз мы пошли реально греться к нашей первой учительнице - мисс Абразино. Да, я тоже посмеивалась поначалу над этой фамилией, но ребёнок, к счастью, похожего слова по-русски не знает. Да и не в том дело. Теплее приёма в школу не найти! Нам очень повезло с первой учительницей. Она помнит и любит всех своих учеников, замечает все изменения, которые произошли за год, за два года, три. Детей некоторых семей она учит династиями! Может, всё таки, можно как-то повлиять на выбор учителя? Не знаю.

Я успокоила своего мальчика, что у него будет замечательный год, ведь он сам такой замечательный. Здесь принято повышать самооценку ребёнка при каждом удобном случае. Это нас учили, что надо быть скромнее. Задача учителей  учить, а его - научиться. Так что всё будет хорошо. Ребёнок держался, как мог. Учился он хорошо, и отметки отражали это. Но в конце мая не выдержал. Он пришёл домой, лёг на кровать и сказал, что больше в школу не идёт никогда. "Она ненавидит меня!" На его глазах появились слёзы. Этого не могло быть, но ребёнок был уверен, что именно это испытывает учительница к нему. и ещё к половине класса. Но главное - к нему. Мне говорили, что мисс Клайнич любит девочек и некоторых нежных мальчиков. К остальным относится нейтрально, плохо или очень плохо. Но ненавидит?!  Оказалось, что весь год он тщетно пытался наладить с ней нормальные отношения, которые с другими учителями были обычными, не требующими дополнительных усилий, нo мисс Клайнич в течение года игнорировала предложения помощи ребёнка (мой мальчик очень любит помогать просто за доброе слово), а от девочек, понятно, охотно принимала эту помощь. Были и двойные стандарты относительно поднятой руки. Правила необходимо было соблюдать только мальчикам. Но если ты тянешь руку, а при этом те, кому можно, выкрикивают ответ, ничего хорошего из соблюдения правил не получается.  Нет, ничего особенного. Но ребёнок был в отчаяньи.

Пришлось писать письмо учителю и назначать телефонный разговор. (В школу на визит так просто не напросишься, правила). Обсуждением проблем насущных занялся папа. Это только из-за того, что, во-первых, учительницы, все без исключения буквально тают перед отцами, наверное, это такая редкость, что дела ребёнка решает папа. А во-вторых, я просто боялась, что в процессе могу ненароком разорвать эту гидру прямо вместе с телефонной трубкой. Ситуация оказалась для неё откровением. "Да, - созналась она, - меня считают неэмоциональной, даже строгой и, может быть, слишком строгой, но я хорошо отношусь к вашему сыну, и чтобы доказать это, согласна покушать с ним ланч наедине". Я думала, что ребёнок откажется идти в школу до конца года, но он обрадовался. Наивный, он, действительно, решил, что обед вдвоём что-то решит. Собственно, таким образом он получил то самое внимание, которого ему так не хватало в течение года. После обеда ребёнок вернулся домой задумчивым и сказал мне так: "Она сказала, что хорошо ко мне относится и извиняется, если сделала мне неприятно, но... мама, я ей не верю! Она просто так говорит". К счастью, оставалось 2 недели до конца года. Я использовала их для того, чтобы рассказать сыну, что жизнь - такая интересная штука, что ты не можешь нравиться всем, и совершенно не обязан, что всегда существуют люди, которые относятся к тебе не так, как ты к ним, и это нормально. Люди разные, и даже хорошо, что ты узнал об этом в 3-м классе, потому что позже такие сюрпризы воспринимать сложнее. Кроме того - учительница, действительно, не ненавидит тебя. Она ко всем относится спокойно. И это тоже нормально.

Когда закончился год, моя подруга поздравила меня с окончанием и с тем, что мы отмучались. Больше таких учителей в школе нет! Кстати, как нам так "повезло", что она вела продвинутую программу? А сдала сертификацию. Подруга рассказала мне ещё и вот о чём. Её старший ребёнок плакал, когда покидал начальную школу. (С 7-го класса в нашем графстве переходят на два года в другую школу, а потом ещё на четыре в третью). Младший, побывавший у мисс Клайнич, даже глазом не моргнул. "Она ломает детей! - сказала мне подруга. - Младший тоже очень любил ходить в школу пока не попал к ней. Знаешь, почему он не сожалел? Он стал ненавидеть эту школу! А всё из-за неё!"

Я обняла сына, похвалила его за то, что он справился со сложным годом... Прошло лето. Снова был день открытых дверей в школе. Теперь у ребёнка преподавала математику и английский единственная в школе доктор наук, а науки и историю симпатичная девочка лет 25-ти с обворожительной улыбкой. Сын остался доволен знакомством со своими новыми учителями. А потом сказал: "Мама, пойдём зайдём к мисс Клайнич. Когда мы закончили в прошлом году, она нам сказала, что не вздумайте проходить мимо и делать вид, что вы меня не знаете". Я удивилась и обрадовалась - может быть, ошибкой было считать, что она "ломает" детей, если мой  хочет к ней подойти хоть и по её просьбе. "Ну, пойдём". Сын подошёл к мисс Клайнич, поздоровался. Обниматься, как другие учителя, она не стала, это не по её темпераменту. Сказала обычное: "Как ты вырос и как ты провёл лето". Ну хоть что-то. А когда мы отошли, сын объяснил: "Я очень хотел увидеть её, чтобы ещё раз порадоваться, что больше я у неё не учусь!"