Моя мама очень любит писателя Тургенева. Действительно любит, это не шутка.
Она не только прочитала все его нудные описательные романы и рассказы, но и вселенских масштабов переписку. Она его настолько любит, что даже совершила небольшое открытие.

Открытие заключается в том, что моя мама нашла его потомков во Франции, хотя до сих пор считалось, что наследников у Тургенева не было.
Надо пояснить, что моя мама в середине 50-х закончила иняз им. Мориса Тереза, французское отделение, а тогда, в сталинские времена, студентов учили на совесть: мама знает старо-французский получше многих французов, ну и, кроме того, она 40 лет работала в Интуристе, много раз бывала во Франции и знает там многих обычных людей и необычных - почитателей этого русского писателя.

Мама любит Францию. Но еще больше чем Францию она любит Тургенева. Это дает ей силы в ее немолодом совсем возрасте ездить в библиотеку им. Тургенева на еженедельные заседания клуба любителей это писателя. Я встречал ее один раз после такого заседания и был, надо сказать, необыкновенно умилен: интеллигентные старушки с восторгом делают доклады о творчестве Тургенева, обсуждают его наследие, дискутируют о его личной жизни... Это необыкновенно в наше пепси-кольное время, честное слово.
Но речь сейчас не об этом.

Как известно, русский писатель Тургенев в общей сложности прожил во Франции около 40 лет и всю свою огромную переписку вел в основном на французском языке.
Разбирая, переводя и анализируя этот архив, мама сделала интересное открытие.
В один из своих приездов на родину, в Спасское-Лутовиново, молодой Иван Сергеевич соблазнил между делом некую селянку, а потом, вернувшись домой лет через семь, глядя из окна во двор усадьбы, спросил свою маменьку-помещицу: «А что там за девчушка такая симпатичная идет с ведерками?». «Так это дочка Лукерьи, как раз после твоего отъезда через 9 месяцев и родилась...» - сказала его проницательная маменька и добавила: «Лукерья-то померла родами».

Через некоторое время, Тургенев забрал эту девочку во Францию, пристроил на проживание к Полине Виардо, ну а потом выдал замуж за некого французского офицера.
Поскольку дочка была незаконнорожденной, Тургенев ее весьма стеснялся, и практически нигде в письменном виде впрямую эта история им не была зафиксирована.
Но мама – нашла. Нашла целый ряд письменных документов (на полузабытом французском 19 века), подтверждающих факт официального усыновления этой дочурки. Более того, удалось проследить всю линию потомков Тургенева, которых во Франции ныне проживает почти полтора десятка.

Все эти замечательные потомки, как вы понимаете, необыкновенно обрадовались исследованиям моей мамы. Для тех, кто не сразу сообразил в чем дело, объясню: наследство Тургенева – довольно большое, как это ни странно. Это несколько фондов выдающих гранты и литературные премии, фондам принадлежит недвижимость, земля, издательства, букинистические магазины. Плюс еще косвенные доходы с издания его произведений и т.д.
Так вот. Будучи в Париже, мама моя пригласила всех этих потомков в один французский ресторанчик за свой счет (за мой на самом деле, конечно, ну да ладно) и с документами в руках рассказала всю эту историю. Французы радостно вопили, целовали ей руки и восхищались...и ни один даже не подумал предложить самостоятельно оплатить свое питание на этом застолье. Я уж не говорю о том, чтобы подумать - как можно отблагодарить пожилую женщину, проделавшую действительно титаническую работу. Жлобы эти французы, впрочем, это не новость.

Мама очень довольная вернулась в Москву и рассказала мне об этой встрече.
На мое ехидное замечание - стоило ли так трудится для этих неблагодарных людей, мама, уверенно и спокойно мне заявила:
- Тургенев как-то написал: "Дон-Кихот – это лучшее, что можно сказать о человеке". Надо быть последовательным в своих убеждениях.

Вот такие убеждения, между прочим, бывают у наших родителей, граждане.