Только человек, живущий в Вегасе, мог предложить столь замечательное шоу. Наверняка ни в одном буклете, ни в одном туристической книге не была обозначена пристань  для частных катеров у которой живут карпы.

Итак, на обратном пути от дамбы имени президента Гувера, Лена решила показать нам колонию неких замечательных вегасовских карпов. Мы были, признаться, голодны и согласились с тайной надеждой, что там, где живет рыба, живет и ресторанчик, в котором можно эту рыбу заказать на сковородку.

Пристань была довольно большая. Длинные деревянные помосты повели нас к расположившимся здесь же, фактически на воде, магазинчику, пункту проката водно-спортивного инвентаря и открытой кафешке. Еще в пути по помосту я заметила сквозь прозрачную неглубокую толщу воды стайки больших наглых рыб, следовавших за нами, вдоль моста.

Мы дошли до магазинчика, где Лена предложила купить поп-корна, которым для полноты программы следовало кормить карпов. То есть, мало того, что похоже рыбу здесь не жарят, так ее еще и на халяву кормят. Наши ожидания не оправдались.

Но... это были не рыбы, это были не те спокойные, готовые ко всему карпы, которых я с большим трудом, превозмогая охватывающее чувство страха, убивала в Москве, в Днепропетровске и в Чернигове. Это были настоящие чудовища из фильмов ужасов, это были друзья Фредди Крюгера и Джейсона, который из Пятницы, 13.  Когда эти монстры учуяли присутствие поп-корна, они ринулись всей толпой на абордаж деревянного мостика. В считанные секунды количество этих чудовищ достигло критической массы. Первая щипотка воздушной кукурузы привела их в неистовую ярость. Толстые, а точнее жирные рыбы лезли на спины друг другу, отчаянно помогая себе хвостами и, видимо, жалея, что не имеют рук. Среди них практически не было зеркальных, тех которых легко чистить, зато все экземпляры были как на подбор - лоснящиеся, аппетитные, с ровненькими рядами крупной чешуи. Они заглатывали крупные бесформенные кукурузины, отталкивая конкурентов. Белые и толстые, как шланги пылесоса, широко открытые пасти карпов тянулись к шуршащему пакетику с поп-корном.

- Если не боишься, им можно сунуть палец в рот. - Сказала, смеясь Лена. - Они действуют как вакуум. Щекотно и смешно.

Глядя, как ретировались немногочисленные утки, я не решилась проделать столь смелый шаг. Муж, разумеется, стал пихать свои толстенькие пальчики во рты всем карпам подряд, ржать и комментировать свои ощущения.

Вокруг нас собралась небольшая группа из американских взрослых и детей. Дети требовали покупки поп-корна, взрослые дядьки пытались пихать свои конечности рыбам.

Кроме постоянных посетителей за беленькими столиками в нескольких метрах покачивались на воде многочисленные личные  яхты. А время от времени, грохоча моторами, причаливали катера, подчас бесподобно красивые; на деревянные помосты выпрыгивали люди, громко разговаривая и смеясь. Карпам было все по фигу, они были здесь хозяевами. Еще хочу отметить, что вид у посетителей кафе и гуляющих на воде был весьма простой и непритязательный.  Но, не следует увлекаться принятием по одежке. Каждый из них вполне мог оказаться владельцем одного из сверкающих роскошью казино Лас-Вегаса. Лена рассказывала о прецедентах.
Итак, шоу диких карпов удалось на славу.

***

Надо сказать, что пока мы смотрели  рыбьи игрища, кроме чувства голода, имелось еще и острое желание купаться. Это, разумеется, была не долина смерти с дамбой имени президента Гувера, но, как ни крути, Лас-Вегас располагался в  самом жарком  штате Америки. Вода же в карповом озере была теплая и приятная на ощупь.

На следующий день мы решили предпринять самостоятельный выезд на воду. Было уже послеполуденное время, когда по моим предположениям город должен был замирать в послеобеденном сне. Лена порекомендовала нам дикий пляж озера Мед, самого большого рукотворного озера Америки. Оно явилось миру в процессе возведения  дамбы Гувера и получилось таким синим, что это прямо неприлично.
Когда мы садились в машину, мы, или по крайней мере, мой муж были убеждены, что отлично разобрались в маршруте. И действительно, до озера мы добрались без приключений. Это было первое место, где во время отпуска, традиционно ассоциирующегося с пляжем, уместно было раздеваться до купальника. 

Правда, пляж был действительно диким. Ни  пунктов проката водно-спортивных снаряжений, ни ласкового песочка, ни деревянных столов для  питания из любимых куллеров (оказывается, в переводе, это просто "охладитель").

Мы припарковали машинку и направились к воде. Людей было мало. В районе нашей дислокации пожилая англоговорящая пара и немногочисленная группа мексиканского вида молодежи. Последняя состояла из четырех-пяти худощавых подростков мужского полу, шумных и брызгающихся друг на друга водой, и двух полных девушек, которые бродили по воде, не раздеваясь, прямо в  мокрых прилипших к телу широких юбках и ярко красных кофточках.

Обратный путь я пребывала в несколько затуманено-благостном состоянии. Впрочем, до того момента, пока притормозив на перекрестке, муж строго не спросил:
- А куда теперь?
Физиономия его не предвещала ничего хорошего. На ней читалось, что я должна знать, куда ехать и должна сейчас ему сообщить, не нирвируя. Да, и еще надо чтоб направление совпало с его предположением.
Тут я сделала странную вещь. Нелогичную и непонятную для меня. Наверное, над такими моментами издеваются люди, которые любят с упоением рассуждать о женской логике и ее отличии от логики как таковой.
Короче говоря, внутренний голос четко сообщил мне, что ехать надо направо. Мужнина голова была повернута влево, вероятно, соответственно его внутреннему голосу.
- Я думаю, что надо ехать прямо, - сказала я.
Понятия не имею, почему. Мы поехали прямо, муж нахмурился. Через десять минут,  стало очевидно, что мы на ложном пути.
- Разумеется, надо было ехать влево! - прошипел муж.
- Ну и ехал бы, - ответила я в том же духе.
- Все из-за тебя! - муж осматривал местность на предмет нелегального разворота.
Место, благо, было пустынным, но, тем не менее, я испугалась и, сдерживая себя, от желания хватать мужа за руки и орать во весь голос, что сейчас нас заберут в американскую каталажку и выпишут штраф, под который придется продать квартиру, сказала ему, как можно более спокойным голосом:
- Тебе следует немедленно остановиться и подумать о том, куда нам ехать. Главное  - не вздумай тут разворачиваться.
- Здесь нельзя останавливаться! - сверкнул на меня муж злобными глазами.

Тем не менее, он притормозил и остановился, чтобы вытащить из бардачка карту и вдруг, совершенно неожиданно и бесшумно, сзади нас откуда-то вынырнул огромный черно-белый полицейский крайслер устрашающего вида и размеров, и бесшумно пристроился за нами.
- Едем... - только и прошептала я. - Это они! Делаем вид, что мы не останавливались и у нас куча дел.
Муж притих. Мы медленно ехали в неизвестном направлении. Вдруг так же бесшумно и неожиданно из ближайшего переулка вынырнул второй такой же монстр и пристроился за первым. Откуда они взялись и как поняли, что здесь, в этом безлюдном месте готовится несанкционированный разворот и уже произошла нелегальная остановка на несколько секунд, неизвестно. Черные полицейские коршуны пасли легкую добычу. Добыча, еле дыша, старательно изображала из себя невинность. Прошла, наверное, целая вечность. 

В конце концов, мы победили! Они решили оставить нас в покое, обогнали, и полицейские, проезжая мимо, по очереди строго заглянули в машину. Исчезли они так же внезапно и бесшумно, как и появились, при этом не нарушая скоростного режима. Вообще, В Лас-Вегасе, этой клоаке азартных игр совсем не видно полицейских. Но, как только что-то случается или даже собирается случиться, они появляются ниоткуда и, восстановив порядок одним своим появление, исчезают в никуда.
Да, стати говоря, мы заблудились окончательно....