Дед Мороз пришел без десяти секунд полночь. Потоптался на пороге темного бревенчатого домика на краю деревни, осуждающе покачал головой на конфетти и следы от петард у неплотно прикрытой двери, поморщился от запаха соленой рыбы и горячей говядины с кровью.
Потом тихонько заглянул в домик и подслеповато сощурился на компанию у стола.
Взрослые разливали шампанское в одноразовые стаканчики и шумели, дети бесновались, полируя теплыми штанами лакированную лестницу на второй этаж.

Вдруг все притихли, потом запиликал будильник, взрослые закричали «ура!», а дети запрыгали и завизжали, как полоумные.
От свистопляски людских желаний, единомоментно выпорхнувших на волю, частью облаченных в слова, частью оставшихся размытыми образами, у Деда Мороза закружилась голова. Он крепко зажмурился, потом открыл глаза и повращал зрачками три раза по часовой стрелке и три раза – против. Людские желания вылетели из домика, собрались в маленькую серую стайку, прижались к деревянной стене и зашипели, дребезжа полупрозрачными обтрепанными крылышками.

«Дураки», - поморщился дед Мороз на людей в домике. – «Как можно этого хотеть?! Зачем? Тьфу! Глупость какая... Блажь все это, блажь, гордыня и алчность непомерная! ».
Он свернул большой розовый кукиш и показал его сгрудившимся в углу желаниям.
- Выкусите-ка! – сказал сердито.
Затем развернулся, сплюнул смачно прямо на порог, стукнул посохом и в маленькую, почти незаметную щель под дверью, тонкими облачками полетели здоровье, покой, радость и любовь. Старый на секунду задумался, почесал варежкой вспотевшую под шапкой шею и хихикнул:
- А это сюрпризом!
Стукнул опять, и от посоха отделилось еще одно маленькое невесомое облачко и поплыло, меняя очертания, то расплываясь, то собираясь в шар, и искрясь слабым розовым светом, поплыло прямо дверь, в дом.

Дед Мороз, видимо, остался собою доволен, потому что улыбнулся широко и благостно, свистнул, и тот час же у домика появились сани, запряженные оленями. На шеях у оленей болтались колокольчики, в санях сидел Санта с красным мешком и гармошкой.
- Мне заходить? – спросил он, шмыгнув красным носом.
- Не, это мои, - мотнул головой Дед Мороз, задирая ногу в сани.
- Стоять... – придержал вожжи Санта, а когда Мороз, наконец, влез, присвистнул на лобастых оленей, - Давай, залетные!

И понеслись сани в небо, задевая еловые лапы, осыпая снег с деревьев на белоснежное покрывало, и на крыши домов, и на одинокие холодные машины...