Что бы понимать события нынешнего века, не мешает заглянуть в века минувшие.

Отечественная война 1812 года. Казак Михайло Нелипа с односельчанами служил в русской армии, когда она стояла под Бородино. Он подошел к Кутузову, с которым был знаком еще по русско-турецкой войне, и рассказал про победоносную правую руку атамана Сирко. Михаил Илларионович сразу же отправил его и всех капуливчан в родное село...

Дело в том, что рука Серко наводила ужас на врагов не только при жизни, но и после смерти. И ею не раз пользовались с целью обратить врага в бегство. Кто же такой – этот атаман Серко (Сирко)?

Начнем с его портретного изображения. Нет, не того знаменитого в центре на картине Репина «Запорожское казаки пишут письмо турецкому султану». На той картине Репин списал Серко с тогдашнего генерал-губернатора Киева Михаила Ивановича Драгомирова, известного тем, что прошляпив день рождение Александра III три дня спустя вышел из положения, выслав телеграмму «Третий день пьем здоровье вашего величества. Драгомиров». На что император ответил: «Пора и кончить. Александр».

Есть совершенно точное изображение атамана Серка, сделанное по его черепу антропологом и скульптором Герасимовым. Череп довольно длительное время находился отдельно от захоронения, что вместе с приключениями руки добавляет новые легенды к образу незаурядного человека.

Особенным ему удалось стать с рождения, когда он вышел из утробы матери с перинатальными зубами. Такое случается у одного младенца на несколько тысяч. Обычно их удаляют еще в роддоме, они едва держатся, доставляют неудобства матери при кормлении и могут попасть в дыхательные пути младенца.

На основании этого новорожденного объявили дьявольским семенем, но отец заступился, заявив, что этими зубами сын «будет грызть врага». Так оно и случилось. Из низового казака Серко, что в переводе означает «серый», стал кошевым атаманом и самым удачливым полководцем Запорожской Сечи. Он проиграл только одну битву из пятидесяти при попытке штурма Харькова.

В основном эти битвы были с крымскими татарами и турками, за что те дали ему прозвище «урус-шайтан» - русский чёрт. И было за что. Возвращаясь из очередного крымского похода в 1675 году он вел в Украину 7 тысяч освобожденных соплеменников. Многие из них уже «обосурманились», имели совместных с татарами детей и скучали за Крым, и поэтому идти не хотели. Серко сказал, что никого неволить не будет, и желающие могут возвращаться. Таких набралось три тысячи, и как только они скрылись из виду, атаман послал несколько сотен молодых казаков провести, как сейчас сказали бы «карательную операцию». А сам неспешно поехал вслед, посмотреть на изрубленные тела украинцев-«оборотней». Человек религиозный он лишь молвил: «Лучше вам спать здесь до страшного суда Господня, чем расплодится в Крыму на безголовье родной вашей земле».

Но это уже было на старости лет, а он прожил их 70, за которые успел повоевать на стороне всех со всеми. Он воевал с поляками, турками, татарами, русским царем, правобережной Украиной в лице гетмана Петра Дорошенко. Причем попеременно вступая в союз с каждым из перечисленных. Перманентная гибкость, которые некоторые могут назвать предательством, видимо, являлась единственным путём выживания украинского этноса, окруженного со всех сторон более сильными государствами.

Возможно, только один человек, кому Серко не изменял, был Богдан Хмельницкий, который после всех мытарств подписал унию с Москвой.

Небезынтересный факт, что Серко успел повоевать даже за французов в одних рядах с Д`Артаньяном.

Есть сведения, что в 1644 году Богдан Хмельницкий, во время встречи в Варшаве с послом Франции графом де Брежи подписал договор о найме 2 500 казаков в войско французского короля. В октябре 1645 года казацкий отряд Балтийским морем прибыл во французский порт Кале. В 1646 году отряд под командованием Хмельницкого, Золотаренко и Серко, который командовал к этому времени полком, а также 3 000 польских пехотинцев, участвовали на стороне французов в осаде крепости Дюнкерк, находившейся в руках испанцев. Командовал осадой принц де Конде. В его подчинении был и неистовый гасконец, прославленный Дюма.

Связь Серко в великими именами и событиями поражает. Есть предположения, что он участвовал в восстании Степана Разина. Изгнал разорявшего русские и украинские земли крымского хана Гирея. Выдал русскому царю лжецаревича Симеона Алексеевича, за что получил богатое «пожалование». Позднее, будучи на царской службе, за неповиновении русскому самодержцу Алексею Михайловичу был отправлен в ссылку в Тобольск, куда был сослан и последний царь Николай Второй после отречения. Затем отпущен в виду назревавшей войны с Турками. Брал Перекоп, побив поляков и Петра Дорошенко, которого потом активно склонял на сторону русского царя. Участвовал в востаннии Богдана Хмельницкого. И было одним из подписантов письма турецкому султану Мехмету IV «…Этим кончаем, поскольку числа не знаем и календаря не имеем, месяц в небе, год в книге, а день такой у нас, какой и у вас, за это поцелуй в жопу нас!»

Умер атаман Серко в 1680 году на собственном зимовье в селе Грушевка, ныне Днепропетровская область, в почтенном для воина возрасте. Возможно, еще и потому, что не пил горилки, чем удивлял даже поляков. После этого начались приключения с его останками. Первая могила была эксгумирована в 1968 году во время затопления рукотворным Каховским морем. Череп послужил основой для реконструкции образа. Потом ему пришлось полежать семь лет в сейфе начальника отдела культуры, пока его не передали в краеведческий музей, откуда уже окончательно захоронили с телом в 2000 году. Милленниум, между прочим.

На надгробном камне высечена надпись: «Р. Б. (Року божего) 1680 мая 4 Преставися рабь Бож. Іоань Серко Дмитровичъ атамань кошовий воска Запорозкого за его Ц. П. В. (Царского Пресветлого Величества) Федора Алексевича. Памят Праведнаго со похвалами».

А последний подвиг кошевого атамана Ивана Дмитриевича Серко заканчивается так:

…целую неделю упрашивал Михайло Нелипа своего деда дать на время драгоценную реликвию. Упросил-таки! Посовещавшись, старые казаки раскопали могилу, взяли правую руку, завернули в красную китайку и передали с наказом: "Без этой руки домой не возвращайтесь". Руку три раза обнесли вокруг Москвы. И француз дрогнул!

Такая вот легенда.